Геннадий Сыроватко: “В Афганистане я терял друзей и не знал, как сообщить родным о месте службы”

Геннадий Сыроватко – один из тех зельвенцев, которые исполняли свой воинский долг, неся службу в Афганистане. Память о военных событиях спустя даже десятки лет болью отзывается в его сердце. Там, в чужой стране, он терял сослуживцев и друзей, не знал, как сообщить родителям о месте службы, понимал, что каждый шаг должен быть правильным и обдуманным. И так полтора года.

11 ноября 1979 года Геннадий получил повестку из военкомата. К этому времени он уже окончил школу ДОСААФ и имел на руках водительское удостоверение. «Учебку» проходил под Ленинградом в городе Пушкин. Через месяц старшего водителя-механика Сыроватко перевели за полярный круг и закрепили за ним ЗИЛ-130. Служба шла своим чередом, пока в феврале не пришел приказ заместителя начальника тыла Ленинградского округа о смене места дислокации. Среди бойцов пошли слухи, что аэродромный батальон отправляется в Афганистан.

– Десять суток по железной дороге добирались до Туркменистана, а затем своим ходом до границы Афганистана, – вспоминает Геннадий Генрихович. – Следующие 250 верст, которые необходимо было преодолеть до авиабазы, нас сопровождали вертолёты. В горах постоянно раздавались выстрелы. Как только наш батальон попадал в «зону свободного доступа», воздушная охрана усиливалась. Всю серьёзность этого действия мы ещё не воспринимали. Да и до конца не понимали, что впереди нас ждет война. Самая настоящая…

– Наша транспортная рота разместилась приблизительно в трёх километрах от аэродрома, – продолжает рассказывать собеседник. – Задача заключалась в охране советских самолётов и вертолётов, доставке снаряжения, а также продуктов питания в гарнизон и части. Мы были в постоянном напряжении: никто не знал, что может случиться в любой момент. Помню, однажды по дороге в Кандагар всё казалось спокойным. И вдруг – душманы, засевшие в горах, открыли плотный огонь по нашей роте… Слава богу, люди в той перестрелке на погибли. В основном пострадала техника. Жалко, конечно, было оставлять боевые машины…

Опасность подстерегала не только при выполнении боевых задач, но и в свободное от службы время. В готовности №1, умноженной в два, а то и три раза, необходимо было находиться в праздничные для Советского Союза дни. Моджахеды, действовавшие мелкими группами, могли начать обстрел в любое время суток. Так, вечером 9 Мая, когда наш суточный наряд отдыхал, из ближайшего кишлака послышалась длинная автоматная очередь. Раздалась команда «Тревога! В ружьё!», и мы заняли оборонную позицию.

Вместе с Геннадием Сыроватко служило много парней-белорусов, которые подстраховывали друг друга. Подружился наш земляк и с призывниками из других стран.

– Говорят, время лечит, стирает из памяти страх, боль, потери, – признается Геннадий. – Прошло 30 лет, а я помню своих командиров, друзей. Особенно тех, кого потерял. Одного из товарищей вражеский снайпер убил прямо на моих глазах, когда мы отдыхали после смены наряда. Второй в перестрелке с душманами получил несовместимое с жизнью ранение… Трудно было отправлять на родину цинковые гробы. Вместе с таким «грузом 200» довелось лететь в отпуск, который в июле 1981-го получил в качестве поощрения.

Геннадий Генрихович после 21-дневного отпуска ни на минуту не усомнился в необходимости вернуться в свою роту. Знал, что там его сослуживцы, которые помогли всерьез понять, что такое настоящая дружба, поддержка, что такое товарищеское плечо, на которое можно рассчитывать в любую секунду.

– С нетерпением наш призыв ждал приказа министра обороны об увольнении в запас, – рассказывает воин-интернационалист. – До Москвы долетели самолетом, а там с надеждой переписываться и встречаться, разъехались в разные стороны.

Дома Геннадия ждали родители и старшая сестра. Сельчане, встретившись с ним по дороге, не скрывали удивления, что вернулся с войны цел и невредим. Парень трудоустроился водителем в колхоз имени Мичурина (сейчас госпредприятие «Бородичи»). Вскоре женился и получил дом в деревне Мадейки, где и теперь живет с супругой. Воспитал троих детей, гордится сыновьями, которые отслужили в армии.

– В первые послевоенные годы часто встречался с молодежью, – говорит Геннадий Сыроватко. – Вместе с земляками-ветеранами войны в Афганистане рассказывал о прожитых событиях школьникам, пытаясь донести до них значение понятий патриотизма, исполнения солдатского долга, любви к родине, которые важны для каждого человека. Убежден: никогда войной не достичь мира и нет оправдания тем событиям, жертвами которых стали тысячи юношей.

Людмила ПОПКО

Вам может быть интересно

Комментарии отключены